Материалы пятой конференции ИТАПК (Часть IV)

28-29 июля 2021 года прошла пятая конференция «Информационные технологии в аграрно-промышленном комплексе России». Организатором мероприятия выступило ООО «ИД Коннект». В связи с ковидными ограничениями конференция в этом году проводилась в онлайн-режиме.

 

Панельная дискуссия «Цифровизация в пищевой промышленности»

В панельной дискуссии, посвященной вопросам цифровизации в пищевой промышленности, в качестве ключевых спикеров приняли участие:

  • Евгений Голубцов, директор по ИТ, ООО «Мясоперерабатывающий завод Ремит»;
  • Роман Листров, директор по ИТ АО «КБК «Черемушки»;
  • Евгений Михалев, корпоративный ИКТ-директор, Май;
  • Евгений Назойкин, к.т.н., доцент кафедры АСУБП, Московский государственный университет пищевых производств;
  • Андрей Новиков, директор по работе с инвесторами ПАО «Черкизово».

Модератор Дмитрий Корешков предложил открыть дискуссию с вызовов, стоящих перед пищевой промышленностью: с сокращения издержек и роста производства, с выхода на внешние рынки, перехода к глубокой переработке и интеграции всех ее этапов.

Евгений Голубцов, директор по ИТ, ООО «Мясоперерабатывающий завод Ремит»

Евгений Голубцов сразу же перевел обсуждение в плоскость конкретных задач, стоящих сегодня перед ИТ в пищевой промышленности России и высказал несколько достаточно оригинальных суждений касательно взаимодействия бизнеса и ИТ-специалистов. Так, в частности, он отметил, что бизнес, зачастую, не может ставить задачи перед ИТ-отделом, поскольку не разбирается в этой предметной области: «У владельцев бизнеса есть лишь некоторые «хотелки», а все остальное он уже отдает на откуп ИТ-специалистам. И если в компании имеется достойная ИТ-команда, которая может реализовать «хотелки хозяина», она это будет выполнять, привлекая необходимые ресурсы. Сегодня опыт автоматизации и роботизации у российских с/х предприятий пока еще нищенский – этим мы занимаемся только последние 10 лет. Продуманных стратегических целей бизнес с этой области нам поставить не может, кроме обычного – «сделайте мне так, чтобы все было хорошо». Когда же у руля с/х предприятия находятся западные управленцы, прошедшие совсем другие школы, они задают новые тренды».

Представитель завода Ремит также высказал весьма спорные и резкие суждения по поводу бухгалтерской машинерии российских предприятий: «70 лет социалистического учета и нахождение у руководства предприятий не управленцев, а «главных бухгалтеров» привело к тому, что весь учет фактическим там являлся «посмертным» – вот эта порочная система оставила неизгладимый след на всех нас, мы все привыкли действовать постфактум. Мы до сих пор автоматизируем наши ИТ-проекты с учетом главного бухгалтера, у которого совершенно другие цели и задачи (чтобы налоговая не придиралась, вовремя собрать всю отчетность, чтобы все сошлось и т.д.). Сегодня становится очевидным, что невозможно работать с данными, которые введены онлайн. Но большинство наших программных продуктов и даже флагманский российский продукт (Евгений Голубцов не стал называть разработчика, хотя всем специалистам сразу стало понятно, о ком тут идет речь и в чей огород бросается это булыжник) сделаны с этой порочной особенностью – он выполняет лишь регламентированный учет: проведение документов, отражение документов, когда можно отложить некий «нерабочий» документ и т.д.»

По мнению Евгения Голубцова, западные программные продукты отличаются от наших кардинальным образом: «Они выполнены на транзакционной основе: когда ты вводишь данные в ИТ-систему, они незамедлительно становятся фискальными, правильными и однозначными. В западной системе в принципе невозможна ситуация наличия каких-то документов, которые не действуют – являются «нерабочими». Наш менталитет отражает путаницу, которая уходит корнями в эпоху СССР. Сегодня должно снизиться влияние главных бухгалтеров, все езе стоящих у власти. На передний фронт должно выйти ПО с переделанным интерфейсом, которое будет отражать в хозяйственных операциях именно настоящее состояние, а не фиктивное положение дел. Без такого транзакционного подхода все остальное в процессе цифровизации будет абсолютно невозможно».

Евгений Голубцов также указал на задачу обязательного упрощения интерфейсов ПО: «Нас всех разбаловали мобильные приложения, и это очень хорошо – люди устали от громоздких таблиц и кучи мелких значков, чтобы любой человек мог быстро обучиться работе с программным продуктов без многостраничной инструкции».

В завершение своего выступления представитель завода Ремит указал на тенденцию ухода от компьютеров, даже от ноутбуков – в сторону смартфонов: «Сегодня на выставках мы можем увидеть мощные решения для производства, выполненные на базе смартфонов, подключенных к производственному оборудованию».

Андрей Новиков, директор по работе с инвесторами ПАО «Черкизово»

«У нас есть три больших класса клиентов, каждый из которых которые ставят свой круг задач», – заявил Андрей Новиков. – «Первый класс клиентов представляют собой крупные федеральные сети, у которых мы реализуем большую часть продукции. Второй класс – это крупные компании так называемого «фуд-сервиса» – это «Бургер Кинг», «Макдональдс» и KFC со своими западными подходами. Третий класс составляют клиенты на экспортных рынках: мы поставляем продукцию в страны Ближнего Востока, Азию и пр. Но у всех есть некие общие требования. Во-первых, это прослеживаемость продукции – стандартизация продукции проходит посредством постоянного аудита, который мы проводим. Понятно, что сегодня невозможно все это делать руками. И здесь идет переход на «Индустрию 4.0», когда вы связываете вместе процессы производства и переработки – эта связка всех частей производства, логистики, всей цепочки в реальном времени – все это и есть ответ на то, что в наши дни может дать ИТ-департамент для цифровизации».

Отвечая на вопрос модератора о технической стороне вопроса, Андрей Новиков отметил, что последние пять лет компания применяет ИТ-решения от немецкой компании SAP: «Самая большая сложность заключается в том, как грамотно «поженить» все программные продукты, которые уже имеются в компании».

Роман Листров, директор по ИТ АО «КБК «Черемушки»

Роман Листров указал на типичную ситуацию, когда с/х бизнес считает, что у него «все устроено по-другому», что он находится в некой уникальной и неповторимой ситуации, а на практике все обстоит ровно наоборот: «Сегодня вопрос унификации является одним из ключевых моментов – на предприятиях, как правило, под разными названиями происходят одинаковые процессы. Кроме того, унификация, связанная с выделением ключевых точек, приводит к минимизации и упрощению интерфейсов». Роман Листров также обозначил важную задачу четкого определения ключевой (необходимой и достаточной) аналитики – это позволяет получить максимально достоверную производственную картину.

Выслушав позицию Романа Листрова, Дмитрий Корешков предложил перейти ко второму вопросу обсуждения – к управлению качеством пищевой продукции, требованиям к существующим средствам контроля рецептуры и новым подходам.

Евгений Голубцов отметил, что ООО «Мясоперерабатывающий завод Ремит» очень далеко продвинулась в деле автоматизации: «К сожалению, вредит делу российский менталитет, полагающий, что, если что-то запрещено, но очень хочется, то можно. Зачастую на контроллере стоит запрет, который можно снять с помощью пароля, что позволяет нерадивым работникам обходить правила. Иногда мастер свою карточку, с помощью которой можно контролировать какой-то важный процесс, отдает оператору, который использует ее уже в своих целях. Зачастую все сотрудники знают PIN-код. В конечном итоге все основные принципы автоматизации разбиваются о наш менталитет. Напротив, принципы транзакционной системы совершенно другие – она работает по правилу – «или есть, или нет». Если мы хотим выдерживать систему контроля качества автоматизированного производства надо соблюдать бескомпромиссность правил. Если продукт на входе не проходит по качеству, его далее нельзя пускать в производственную цепочку».

Роман Листров согласился со своим коллегой относительно необходимости выполнения всех правил по контролю качества продукции: «Прослеживаемость – это ключевая тема, которая должна быть максимально автоматизирована. Проблема в том, как заставить наших людей соблюдать производственную дисциплину и не искать каких-то путей обхода автоматизированной системы».

Евгений Михалев, корпоративный ИКТ-директор, Май

В деле прослеживаемости мы пошли по пути решения на базе «1С», – пояснил Евгений Михалев: «У нас организован тщательный контроль от входного качества сырья и до выпуска готовой продукции. К сожалению, полностью автоматизировать всю линию прослеживаемости невозможно, поскольку на производстве имеется разношерстное оборудование, закупленное в разные периоды времени».

Вступив в дискуссию с Евгением Голубцовым и Романом Листровым, Андрей Новиков заявил о том, что сегодня на передовых российских производствах линии контроля качества работают гораздо строже, по сравнению с тем, как они это описывают: «Мы отлаживали свою службу качества достаточно долго, и последние пять лет она у нас превратилась в отдельное направление работы. Мы ставим контрольные точки внутри производства на всех переделах, а также на всех входных и выходных точках цеха и стараемся контролировать большое количество проходящей в производстве информации. Мы далее продолжаем контролировать проводку товаров по логистическим цепочкам».

Андрей Новиков считает, что единственным ответом на множество проблем, стоящих перед с/х производителями, включая и новые проблемы, появившиеся в эпоху Covid-19 (недостаток рабочей силы и пр.), является автоматизация производства, которая дает нам возможность и улучшить качество, и снизить себестоимость продукции.

Модератор предложил Андрею Новикову подробнее рассказать о возможностях по роботизации рутинных процессов в отечественной пищевой промышленности.

«Наш завод по производству колбас в Кашире по уровню и масштабу автоматизации и роботизации является вторым в Европе», – отметил Андрей Новиков. – «Естественно, в России мы обходим по уровню автоматизации большинство аналогичных предприятий. Наш завод в Кашире можно сравнивать лишь с несколькими уникальными заводами в США и Азии и с одним производством в Европе. У нас на заводе в Кашире сведены все части производственной цепочки воедино: они объединены с ERP-системой, логистикой, предикативными системами продаж. Фактически, это и есть та самая «Индустрия 4.0», о которой сегодня говорят на конференциях и форумах. Для нас этот завод представляет собой некий тесовый полигон, на базе которого мы теперь будем пробовать, проверять какие-о новые концепции, которые потом можно будет внедрить на остальных наших производственных площадках. Проблема в очень высоком CAPEX, необходимом для строительства такого полностью роботизированного предприятия – окупаемость таких проектов не всегда очевидна. Да, мы получаем совершенно другой уровень качества продукта, но готов ли наш отечественный потребитель платить за такой уровень? Часто именно эти размышления и останавливают бизнес от дальнейшей автоматизации. Кроме того, зачастую от автоматизации и роботизации бизнес останавливает также отсутствие необходимых компетенций и внутри самой компании и даже у интеграторов».

Основываясь на опыте немецких коллег, Евгений Голубцов высказал свою убежденность в том, что у средних предприятий пищевой промышленности просто не будет денег на роботизацию своих производственных линий – трансформация может происходит только под влиянием больших финансов, которые могут прийти, например, от торговых сетей. Кроме того, Евгений Голубцов, опять же, опираясь на немецкий опыт, обратил внимание на тот факт, что полная автоматизация производства приводит к сокращению продуктовой линейки – с нескольких сот наименований до нескольких десятков.

Евгений Михалев согласился со своим коллегой, что роботизация пока что обходится для предприятий очень дорого, особенно в том случае, когда предприятие не строится с нуля, а проводится его поэтапная модернизация: «Нужно понимать, что в России имеется очень дешевая рабочая сила, что приводит к увеличению сроков окупаемости роботизированных линий на производстве».

Послушав своих коллег Роман Листров задал провокационный вопрос к аудитории: «А есть ли смысл вкладываться в роботизацию, если вы не знаете, а будет ли от этого какой-то выхлоп в ближайшие годы?»

Дмитрий Корешков предложил двигаться дальше по повестке обсуждения и перейти к вопросу применения технологий искусственного интеллекта и машинного зрения в интересах контроля технологических процессов в пищевом производстве.

Андрей Новиков рассказал о собственном опыте, в частности, о внедрении на одной из птицефабрик ПАО «Черкизово» системы машинного зрения: «На конвейере, который занимается упаковкой готовой продукции, мы повесили на упаковщиков RFID-метки и теперь можем смотреть с помощью машинного зрения, как они занимаются укладкой продукции. В результате мы получили улучшение качества укладки, мы видим в режиме реального времени, насколько эффективно работает каждый из укладчиков, мы видим качество произведенной продукции, мы видим все ошибки, а это означает, что у нас исчезают все спорные вопросы между компанией и сотрудниками конкретной смены на конвейере. Сейчас мы собираемся внедрять подобные системы машинного зрения и на другие производственные площадки. Что же касается искусственного интеллекта, то он помогает нам автоматизировать заказы автотранспорта. При этом мы находимся лишь на ранних стадиях использования и машинного зрения, и искусственного интеллекта».

Евгений Назойкин, к.т.н., доцент кафедры АСУБП, Московский государственный университет пищевых производств

Евгений Назойкин заявил о том, что Московский государственный университет пищевых производств активно развивает направление применения искусственного интеллекта и машинного зрения на производстве: «Если указывать на какие-то конкретные примеры, то мы сегодня занимаемся системами контроля качества упаковки продуктов. Мы пытаемся внедрить технологии распознавания качество готового продукта, что очень востребовано пищевой промышленностью». Пользуясь возможностью, Евгений Назойкин обратился напрямую к представителям бизнеса с просьбой вкладываться не только в свои маленькие пилотные проекты, но и оказывать поддержку проектам вузовской науки.

Анализируя возможности технологии машинного обучения, Евгений Назойкин отметил наличие значительных несовпадений того, что мы видим в лабораторных условиях, и того, что реализуется на производственных линиях: «Например, перед нами стояла задача по распознаваемости обертывания конфет. Мы разработали соответствующую систему с использованием машинного зрения, которая продемонстрировала в лабораторных условиях до 99% точности. Когда же мы поставили протестированное оборудование (камеры) на производственную линию, то столкнулись с резким падением точность – вплоть до 50%. Причина такой неудачи была простой: на производстве, в отличие от идеальных лабораторных условий, происходит множество посторонних движений, сотрясений производственного оборудования, что приводит к сою в работе систему. Оказалось, что необходимо продумывать такие вещи, как стабилизаторы для камер и многое другое. Таким образом, интеграция лабораторного опыта в реальный бизнес – это отдельная большая задача».

«Касательно технологии искусственного интеллекта, мы сегодня используем ее для маршрутизации машин», – заметил Роман Листров. «В этом отношении хлебобулочные производители находятся в достаточно жестких условиях – они обязаны доставлять хлеб к утру по множеству адресов. Например, «Черемушки» сейчас развозят хлеб по 6 тысячам торговых точек ежедневно – для Москвы, учитывая ее сложнейший трафик, пробки, это выливается в достаточно нетривиальную логистическую задачу. По нашим подсчетам, стоимость самой доставки в себестоимости батона хлеба составляет порядка 50%. Мы стараемся справиться с этой задачей с помощью искусственного интеллекта – понятно, что здесь задействовано слишком много параметров, масса нюансов, которые необходимо принимать в расчет».

Дмитрий Корешков напомнил Роману Листрову мысль, высказанную на конференции днем ранее Евгением Голубцовым, о том, что при наличии наезженных маршрутов люди лучше справляются с ситуацией, а система ИИ из-за пробок оказывается неэффективной.

Роман Листров согласился с этой точкой зрения, но скорректировал ее по количественным показателям: «Если у вас действует до 100 маршрутов, то это не то количество, которое необходимо автоматизировать, а вот когда речь идет о числа больше 1000, тогда можно ожидать эффект от внедрения системы искусственного интеллекта».

«Самый интересный наш проект, связанный с технологией ИИ, – это оптимизатор, который самостоятельно подготавливает рецепты на основании оценки сырья. Он старается рекомендовать максимально экономически выгодные варианты рецептов без ухудшения вкусовых характеристик продукта», – поделился своим опытом Евгений Михалев. – «Мы также пробовали применять ИИ для распознавания продуктов, стоящих на полках у наших торговых представителей, но в этом проекте мы, к сожалению, не добились экономической эффективности, заметного снижения трудозатрат, поэтому в настоящее время эта система не используется. Пока что в традиционных производствах не так много данных, чтобы там было выгодно использовать искусственный интеллект».

Модератор предложил завершить дискуссию рассмотрением вопросов, связанных с перспективами разработки цифровых двойников в пищевой промышленности и с оптимизацией управления в производстве и логистике.

«В нашей пищевой индустрии уже имеется пример максимального использования практически всех современных цифровых технологий», – заявил Андрей Новиков. – «Речь идет о новом пищевом продукте – так называемом «искусственном мясе». Производство этого продукта изначально было построено на стыке всех тех технологий, которые были затронуты в ходе нашей дискуссии. Люди смогли синтезировать искусственный продукт из максимально органического входящего сырья. Сейчас и в Европе, и в США множество компаний уже занимаются коммерциализацией этого продукта. Мне видится, что уже на горизонте 10-15 лет «искусственное мясо» займет 5-10 процентов мясного рынка многих западных стран. Впрочем, и в России эти продукты уже становятся доступными».

Если же говорить об опыте ПАО «Черкизово», то оно использует технологию цифровых двойников в цепочках поставок, которая помогает и в рамках бюджетирования, и в рамках стратегических инициатив (при моделировании новых сценариев). Речь здесь идет не о цифровых двойниках какого-то оборудования, а о системных цифровых двойниках всего производственного цикла, всей производственной системы. «Если у вас высокий уровень автоматизации предприятия, то появление цифровых двойников – это уже лишь вопрос времени», – считает Андрей Новиков.

Подытоживая обсуждение цифровых двойников, Евгений Назойкин отметил, что это понятие до сих пор по-разному трактуется и интерпретируется многими экспертами. Он также обратил внимание на то, что использование цифровых двойников означает также объединение в единую систему и других современных цифровых технологий – таких как роботизированные системы, искусственный интеллект, большие данные, Интернет вещей, которые выступают своего рода оснасткой для собственно ядра – цифрового двойника.

(Продолжение следует)

Поделиться:
Спецпроект

Spot Wave: NetApp оптимизирует облачную инфраструктуру

Подробнее
Спецпроект

Цифровая перезагрузка лесного комплекса

Подробнее


Подпишитесь
на нашу рассылку