«Национальную систему платежных карт необходимо создавать на коммерческой основе»

Сфера карточных платежей – традиционно одна из самых высокотехнологичных, емких в плане применения новейших информационных технологий. Особую актуальность ИТ-составляющая платежей с использованием пластиковых карт получила в контексте планов по созданию в России Национальной системы платежных карт (НСПК). Один из самых авторитетных на рынке экспертов в области карточных и мобильных платежей, автор монографии «Банковские микропроцессорные карты», генеральный директор компании «Платежные технологии» Игорь Голдовский обсудил с главным редактором журнала Connect Алексеем Ворониным широкий круг вопросов по использованию ИТ в карточных технологиях, для осуществления мобильных платежей, обеспечения безопасности финансовых расчетов и, конечно, по проблематике НСПК.

– Игорь Михайлович, пластиковая карта как платежный инструмент поддерживается расчетной инфраструктурой, которая базируется на современных информационных технологиях. Как развивается эта инфраструктура последние годы?
Игорь Голдовский: – Банковская индустрия по своей природе консервативна. Однако сегодня скорость изменений в ней существенно выше, чем еще 10 лет назад. Это связано с быстрым распространением новых ИТ-технологий все очень быстро меняется, в том числеи желанием требования клиентов банков ими пользоваться. Собответственно, именно это и постоянная забота о повышении безопасности своих операций и заставляет банки и платежные системы внедрять новые технологии. Самые значимые изменения в карточных технологиях за последние годы обусловлены использованием микропроцессорной карты и микропроцессорных технологий. В результате появились такие новые инструменты платежей, как бесконтактная карта, мобильные платежи, (удаленные и бесконтактные), «электронные кошельки». Важнейшее место в развитии технологий платежей занимает вопрос повышения безопасности безналичных платежей по картам. В результате получают распространение технологии Возникли новые технологии, связанные с «электронными кошельками» и построением инфраструктуры для обслуживания карт в интернет-магазинах, новые идеи по обеспечению защиты информации, например, токиенизацияи, на базе токиенов и шифрования карточных данных (p2p encryption) при совершении покупки по карте .
– В связи с ростом мошенничества в финансовой сфере обеспечение информационной безопасности становится все более актуальным. Токиенизация – это что за зверь такой?
– И. Г.: Это замена номеров карт в платежной транзакции их суррогатами-заменителями, которые могут быть одноразового и многоразового использования. Существуют разные бизнес-модели использования даннэтой технологии. Токиены могут эмитироваться как банком – эмитентом карты, так и банком-эквайером во время выполнения операции. Все это приводит к повышению безопасности расчетов – снижению вероятности кражи действительных данных карты св цельюях их дальнейшего использования в мошеннических операциях. Сегодня идея организации распределенной безопасности как альтернативы известным проверенным методам обеспечения безопасности операций (хранение данных в устойчивых к взлому элементах безопасности, применение надежных криптографических алгоритмов) получает все большее распространение, реализации распределенной формы криптографических алгоритмов является очень востребованной. Промышленность Индустрия этого пока полностью не осознает, но это то, что можно назвать одним из очень интересных и серьезных примечательных и важных трендов на рынке.
– С чем связано появление этого тренда в плане ИТ?
– И. Г.: С упрощением модели платежей. Например, классическая экосистема мобильных платежей, подразумевающая использование SIM/UICC-карты в качестве элемента безопасности, является на практике труднореализуемой. Слишком много игроков рынка принимают участие в такой экосистеме, слишком разные у них интересы. В результате сегодня набирает обороты модель мобильных платежей, в которой в качестве элемента безопасности используется защищенный облачный сервер (т.н.ак называемая модель «ЭБ в облаке»). Такая модель реализуется существенно проще классической, хотя и в определенной степени в ущерб безопасности операций. Чтобы компенсировать «потери» безопасности, в этой модели телефон вообще не хранит конфиденциальных данных платежного реквизита. Эти одноразовые данные получаются на телефон перед самым началом выполнения транзакции. Здесь же могут использоваться и идеи уже упоминавшейся токенизации. Это связано, безусловно, с развитием облачных вычислений и, в частности, с перспективностью мобильных платежей, потому что на сегодняшний день наиболее реальным способом их внедрения является именно использование облачных технологий.
– Мобильные платежи давно обсуждаются. Какова ситуация в настоящее время? Что под ними подразумевают специалисты, насколько они распространены в мире и в России?
И. Г.: – Мобильные платежи в современном понимании – это, во-первых, бесконтактные платежи, совершаемые при помощи мобильных телефонов на базе технологии NFC (Near-Field Communication), и, во-вторых, удаленные мобильные платежи (фактически электронная коммерция с использованием мобильного телефона). В практическом плане данные технологии в самом начале своего развития. Главная причина в том, что экосистема мобильных платежей очень сложна, в ней огромное большое количество участников, и найти всех устраивающую всех бизнес-модель довольно сложно. Как результат, все еще небольшое количество NFC-телефонов на рынке. Но их доля быстро растет. По некоторым прогнозам, до конца этого года на рынок будет поставлено более 1 млрд. подобных устройств.

– А в технологическом отношении есть проблемы по организации платежей на базе SIM-карты мобильного телефона?
И. Г.: – Технологических проблем нет. Международнаяые платежнаяые системаы в качестве основной архитектуры построения мобильных платежей рассматривает рассматривают использование SIM-centric- моделикарты, в которойая SIM/UICC-карта , по сути, является тем же самым элементом безопасности, что микропроцессор ом и дополнительным элементом безопасности расчетовна банковской карте. В нее можно загрузить платежное приложение, которое будет работать ровно так же, как и обычная карта, только через бесконтактный интерфейс, который реализуется тоже средствами телефона с использованием соответствующего модема и с поддержкой соответствующих протоколов для работы SIM-карты. Стандарты, обеспечивающие работу платежного приложения через интерфейсный модуль телефона с бесконтактным ридером в магазине, были приняты еще в 2007 г. Следует отметить, что сегодня в технологии приходят связанные с SIM-картой новые понятия – «платежное приложение», «приложение лояльности» и «эмитент приложения». Эмитентом платежного приложения может быть банк, приложением лояльности – торговая сеть, а эмитентом носителя этих приложений, т. е. SIM-карты, является, разумеется, сотовый оператор.
– Что можно сказать о безопасности мобильных платежей?
И.Г.: – Что касается безопасности NFC-мобильных платежей, то она обеспечивается главным образом за счет размещения платежного приложения в ЭБ телефона. К ЭБ телефона помимо SIM-карты относятся встроенный в материнскую плату телефона элемент безопасности (присутствует лишь в некоторых моделях смартфонов), как элемента безопасности существуют и другие, связанные с телефоном (mMicro-SD- карты), и специальные накладные устройства (так называемые «хвостики»), которые работают накладываются начерез контактную площадку SIM-карты, элементы безопасностистикеры, работающие взаимодействующие с операционной средой телефонов телефона через Bluetooth, и и множество другихт. п.
Существуют в платежнойВ индустрии были разработаны и средства для управления этими элементами безопасности. , например, Я имею в виду Global Platform. Это стек протоколов, который обеспечивает возможность в защищенном режиме удаленно загружать, удалять, инсталлировать, конфигурировать приложения, находящиеся в элементелинейке безопасности. При этом существуют механизмы, позволяющие любому поставщику услуг управлять своими приложениями в выделенном для него домене безопасности элемента безопасности.
Таким образом, набор технологических средств, позволяющих выполнять мобильные NFC-платежи, является на сегодняшний день абсолютно полным. Но когда, повторюсь, мы начинаем рассматривать экосистему мобильных платежей в плане коммерческого интереса сотового оператора, банка, поставщика телефона и прочих участников мобильных платежей, то выясняется, что модель оказывается исключительно сложной. , и вВо многих странах не получается найти бизнес-модель, интересную всем учасьтникамучастникам экосистемыона просто не идет. Например, часто банки не устраивает размер комиссии, которую с них хотят взимать Ссотовые операторы, например, хотят получать большие комиссии за инсталляцию платежных приложений на SIM-карту ,и за те финансовые операции, которые совершаются с помощью платежных приложений, установленных на SIM-карте, к которым они, по сути,сотовые операторы не имеют никакого отношения. Таким образом, создался клубок противоречий, распутать который – отдельная пока плохо решаемая задача., которая пока плохо решается. Как следствие, – лишь относительно небольшое количество телефонов, смартфонов и планшетников сегодня поддерживают технологию NFC, что заставляет подумать об альтернативных технологиях и – MicroSD и, в частности, об использовании модели размещение « элемента безопасности в облаке».
– Опять облака?
И. Г.: – Вариант технологии мобильного платежа с размещением элемента безопасности в облаке, когда на самом телефоне не хранится никакой секретной информации, набирает обороты. Об этой технологии я уже говорил выше. Технология следующая: телефон клиента фиксируется в сети, получает доступ к серверам безопасности, на телефон подгружаются разовые данные, которые дальше используются для совершения онлайновой платежной транзакции. Данная технологияОна может быть использована как для реализации NFC-платежей, в частности,так и для безопасного выполнения транзакций в Интернете. Слабое место технологии – аутентификация клиента с использованием телефона, который, как мы знаем, не является доверенной средой исполнения приложений. Сегодня в этом направлении идет большая работа, но в ближайшее время радикальных результатов ожидать не стоит. Тем не менее, уже сегодня и банки, и ведущие международные платежные системы оценили, что облачный подход является наиболее перспективным для банков в плане реализации мобильных платежей, поскольку требуется лишь загрузить в телефон банковское платежное приложениереализация мобильных платежей в этом случае зависит только от банка. Экосистема мобильных платежей существенно упрощается.
– Android и IOS технологически позволяют это реализовать?
И. Г.: – В Android уже реализована технология Host Card Emulation (начиная с версии 4.3 KitKat), которая, по сути, и позволила всерьез обсуждать применение на практике концепции с размещением элемента безопасности в облаке. iOS на уровне операционной системы подобного решения пока не имеет (возможно, появится в версии 6.0 и выше). Сегодня многие Большое количество банкиов сегодня очень активно интересуются моделью ЭБ в облакеэтим направлением (например, Сбербанк РФ), поскольку это может стать решением проблемы поиска правильной бизнес-модели для экосистемы мобильных платежей на базе SIM-карты, о которой мы уже говорилимобильных платежей.
Запуск проектов по модели ЭБ в облаке окажет положительное влияние и на запуск классической SIM-centric- модели NFC-платежей: Как только платежи с размещением элемента безопасности в облаке пойдут, ссСотовые операторы, конечнобезусловно, станут более сговорчивымисговорчивее с точки зрения своих тарифов., тарифы снизятся, и будет найдена правильная бизнес-модель для реализации мобильных платежей на базе SIM-карты. Потому что, конечно же, оптимальным вариантом выполнения мобильного платежа является использование встроенного элемента безопасности как средства защищенного хранения конфиденциальных данных.
А. В.: – Игорь Михайлович, вернемся к микропроцессорным картам, которые вы обозначили как одну из главных реализованных инноваций в сфере карточных технологий за последнее десятилетие. Как вы оцениваете положение с расчетами на базе микропроцессоров в мире и в России?
И. Г.: – Я недавно вернулся с Операционного комитета MasterCard Europe, где представляю АРЧЕ, ассоциацию российских участников этой платежной системы. Там приводились данные по внедрению микропроцессорных карт в Европе. Во Франции, Германии, Великобритании 98–99% всех карточных расчетов совершается при помощи карт с микропроцессоромной технологии, на таком же уровне (90% и выше) распространенность терминального оборудования, банкоматов и посттерминаловPOS-терминалов. В России доля транзакций, выполненных при помощи технологии микропроцессорных карт, составляет примерно 50%, т. е. отставание примерно в два раза. Сейчас обсуждается идея о принятии закона, который сделает применение микропроцессорной карты в России обязательным с января 2015 г. Никогда не был сторонником применения запретительных мер. Не поддерживаю их и в данном случае. Платежные системы выработали куда более эффективный механизм стимулирования эмиссии микропроцессорных карт –- повышение межбанковской комиссии по покупкам и ответственность эмитента за результат авторизации. Если не хочешь отвечать за мошенничество вида «Поддельные карты» или «Украденные потерянные карты», то используй микропроцессорные карты по технологии Chip&PIN (на нашем рынке значительная часть терминалов умеет работать с чиповыми картами, так что все зависит от эмитента).
Не понятна причина такого жесткого по срокам решения ЦБ. Уровень фрода в России по картам никогда не превышал 2 базисных пунктова, что в разы меньше среднего уровня фрода в мире и на европейском рынке. В то же время я представляю себе, что некоторые зарплатные карточные проекты от такого решения ЦБ пострадают, поскольку микропроцессорные карты дороже магнитных (кроме того, в России нужно ведь выпускать карты, поддерживающие динамическую офлайновую аутентификацию приложения, что увеличивает стоимость карты) и себестоимость таких проектов вырастет. Некоторые могут стать просто невыгодными.

Возможно, ЦБ беспокоится о том, что фрод «перетечет» из успешных с точки зрения миграции на EMV европейских стран в Россию? Такая угроза действительно существует, но ее масштабы преувеличивать не стоит. Во-первых, у мошенников для совершения их «добрых» дел имеется в арсенале оружие под названием «электронная коммерция». Во-вторых, наши карты в среднем малоинтересны жуликам: на них много не заработаешь. В силу в среднем невысоких впо стране зарплат остатки на многих картах не велики. Повторюсь, я противник запретов и сторонник тезиса «Рынок все расставит по своим местам». Начнет расти фрод по карточным операциям, банк раньше ЦБ сообразит о необходимости начала эмиссии микропроцессорных карт.

А. В.: – Поговорим о национальной системе платежных карт (НСПК), которая недавно получила законодательное подкрепление. В середине 1990-х гг. существовали две крупные отечественные системы – Union Card и STB Card, последнюю вы долгое время возглавляли как генеральный директор. Обе системы довольно успешно развивались. Почему ни одна из них не сумела «созреть» до национальной платежной карточной системы?
И. Г.: – Что касается платежной системы STB Card, то это отдельная история. Система изначально задумывалась как альтернатива, точнее, как замена Visa и MasterCard, которые в начале 1990-х гг. с большим опасением относились к российскому рынку просто потому, что они его не знали. Стать участником МПС российским банкам в то время было крайне сложно, даже таким успешным, как «Столичный» и «Мост-Банк». Тогда и был создан «Кард-центр», который , с одной стороны, в то время был неким аналогом принципиального члена МПС и деятельность которого практически полностьювнимательно контролировалсяась Visa и Master Card, с другой – обслуживал карты российских коммерческих банков. Так продолжалось до 1994 г., когда на основании двух-трехлетнего опыта работы с российскими банками Visa и Master Card поняли, что финансовые показатели российских банков вполне удовлетворяют их требованиям, и начали принимать их в свои системы.

– Почему STB Card все-таки не получила развития и в итоге ушла с рынка?
И. Г.:– «Родовой» проблемой было наличие в платежной системе банка, который являлся одновременно и расчетным центром, и хозяином этой платежной системы. Оператор платежной системы должен быть равноудален от всех ее участников – это принципиальный момент, который, к сожалению, не соблюдался. Что касается ухода STB Card, то это никак не связано с конкуренцией с MasterCard и Visa. Система до самой своей «кончины» имела хорошую нишу на рынке и успешно ее использовала. Просто новые собственники платежной системы посчитали ее неинтересной с точки зрения своего бизнеса. Фактически программа STB начала сворачиваться, и на ее основе выросло другое образование, называемое ОРС (Объединенной Расчетной Системой). Так что нельзя говорить о том, что компания ушла с рынка. Она пережила реинкарнацию. Все руководство ОРС –- мои друзья и коллеги, работавшие со мной STB. Чему я очень рад.
С платежной системой Union Card была, насколько мне известно, произошла похожая история: появились новые собственники, которые принялись использовать процессинг для решения своих неких региональных задач. Список собственников платежной системы –- И это, кстати, самый принципиальный, самый важный момент для оценки доверия к ПС и в плане перспектив ее развития. любой платежной системы, ее устойчивости на рынке – кто является собственником ее платежной инфраструктуры, насколько он надежен и предсказуем. В законе № 161-ФЗ этому вопросу уделяется большое внимание. В нем , там фигурируют понятия «системно -значимаяые», платежные системы, «социально -значимаяые», теперь появилось «национально значимаяые» платежная система, а значит, существуют критерии для оценкиопределяющие ролизначимость конкретной платежной системы в национальной платежной системена рынке. В определении этих понятий распределение прав собственности в компании – операторе ПС также учитывается.
А. В.: – Как вы оцениваете 161-й закон именно с точки зрения его реализуемости в плане создания НСПК? На ваш взгляд, это работающий закон?
И. Г.: – Я считаю, что это работающий закон и в целом – большой шаг вперед для российской платежной индустрии. Закон вводит много важных понятий – «национальная платежная система», «электронные деньгиежные средства», «эЭлектронные средства платежа», «операторы по переводу денежных средств», «средства аудита за платежными системамиоператор платежной системы», «оператор платежной системы», а также определяет требования к участникам платежной системы и «средства контроля участников платежной системы. платежных систем», «требования к участникам платежной системы» и др.Есть отдельные спорные статьи в Законе (например, пресловутая сСтатья 9 о порядке использования электронных средств платежа), но в Вцелом принципе, этого закона вполне достаточно для развития реализации национальной платежной системы России.
А. В.: – Один из основных технологических и концептуальных элементов любой платежной системы, тем более национальной, – центральный процессинг. Как это планируется реализовать в случае НСПК?
И. Г.: – Хочу напомнить, что регулированием этих процессов занимается Центральный бБанк России, на нем же лежит ответственность перед Президентом за решение данной задачи. По моей информации и ощущениям, четкой концепции того, каким образом должна эта система строиться, сегодня еще не существует. Пока происходит осмысление постановки задачи, специалисты ЦБ смотрят на рынок: что на нем имеетсяуже сделано, какими ресурсами можно воспользоваться, чтобы не начинать все строить с нуля (хотя такой вариант, безусловно, рассматривается как один из возможных). Чтобы появилась концепция НСПК, необходимо, во-первых, понять, что мы подразумеваем под национальной системой платежных карт. Сегодня у нас фактически одновременно ставятся решаются две разныех задачи по созданию двух разных НСПК. Первая платежная система – система, которая будет строиться на использовании платежных пластиковых карт МПС, т. е. речь идет о локализации трафика по картам международных платежных систем внутри России. Для реализациирешения этой задачи данного сценария в технологическом плане придется , конечно, создаватьразработать целый ряд собственных технологических компонентов, которых сегодня на нашем рынке нет. Например, для выполнения операции 3D-Secure платежными системами применяется так называемый сервер Directory, который маршрутизирует транзакционные верификационные запросы на соответствующий сервер эмитента для аутентификации клиента при проведения транзакции электронной коммерции. Сервер Directory является реквизитом платежной системы. У банков его нет. Придется разрабатывать. То же касается и ряда других компонентов центральной системы НСПК –- подсистемы арбитража по диспутным операциям, систем мониторинга операций на предмет карточного мошенничества и т. п.
– А вторая платежная система и, соответственно, задача?
И. Г.: – Вторая задача – создание платежной системы на базе российской национальной картыочки, со своим платежным приложением. Такая система становится как определенная альтернативаконкурентом платежным системам Visa и MasterCard. И здесь, конечно, очень важным является вопрос: должна ли платежная система создаваться на коммерческих условиях, и с кем она будет конкурировать? Можно создать одного оператора, один операционный центр, один платежный и клиринговый центр, один расчетный банк и одни правила обслуживания, а можно сделать два разных центра, с разными операционными центрами, операторами и т. д. Мне кажется, второй подход более рациональный, поскольку возникает конкуренция.
А. В.: – Располагает ли Центральный банк кадрами, способными создать методическое обеспечение работы национальной системы платежных карт?
И. Г.: – Не думаю, что это серьезная проблема – написание операционных правил НСПК. В соответствии с тем же законом № 161-ФЗ все платежные системы, которые работают на нашем рынке, обязаны предоставить предоставили в ЦБ РФ свои операционные правила, и все платежные системы это сделали. Поэтому у Банка России уже имеются примеры операционных правил МПС. Даже если нет соответствующих компетенций в Центральном банке, эту работу можно заказать у сторонних консультантов на рынке.
А. В.: – Дело в правильной постановке задачи, верно?
И. Г.: – Абсолютно верно. Это исходный пункт и то, что до сих пор не сделано. Отсюда и результат, точнее, его отсутствие. Главная причина в том, что никто из специалистов, участвующих в обсуждении вопроса, не понимает до концачетко, чего же, собственно, родное государство хочет – то ли создания резервной платежной системы «на случай войны», то ли все-таки построения коммерчески эффективной платежной системы, конкурирующей с лучшими образцами международных платежных систем …
А. В.: – В какой части китайский опыт по созданию национальной платежной системы Union Pay может быть перенесен на российский рынок?
И. Г.: – Думаю, что ни в какой. По моему глубокому убеждению, любая платежная система должна строиться на коммерческих принципах, т. е. в первую очередь должна быть выгодна банкам, которые ее используют, иа, естественноследовательно, клиентам этих банков. Принцип коммерческого построения платежной системы тоже является ключевым при построении любой национальной платежной системы. В Китае ситуация существенно отличается от России, там говорить про мало-мальски демократическое общество весьма сложно.
А. В.: – А у нас можно?
И. Г.: – А у нас и можно, и нужно.
А. В.: – Согласен.
И. Г.: – В плане построения НСПК мы должны, безусловно, ориентироваться на западный мир и действовать в соответствии с коммерческими принципами. В Китае все делается по приказу, сказали: «построиться, рассчитаться на первый-второй и подключиться» – построились, подключилось, все работает. Работает административный ресурс.
В СМИ широко обсуждается миф И говорить о том, что UnionPay является международной платежной системой, тоже нельзя. Все зависит от определений. Но сравнивать степень распространения приема карт UnionPay с аналогичным показателем ведущих МПС невозможно. Не знаю, как в других местах, но, например, в Европе найти бренд UnionPay весьма труднозатруднительно. , по сравнению с Visa, MasterCard, American Express. Все-таки UnionPay – это в первую очередь внутренняя платежная система Китая, которая выплеснулась в другие страны только потому, что огромнейшее огромное количество китайцев постоянно находятся в поездкахживет или бывает за границей.
– Поговорим об универсальной электронной карте. Насколько реалистично создание НСПК на базе универсальной электронной карты?
И. Г.: – Я хорошо знаю организацию «Универсальная электронная карта». Должен сказать, что, к сожалению, на рынке вообще и в СМИ в частности сложилось неверное представление о компании и неверное понимание задач, которые решаются в рамках проекта УЭК. На самом деле в компании ОАО «Универсальная Электронная Карта» ведутся два совершенно независимых друг от друга больших проекта. Первый – создание идентификационной карты, с помощью которой ее владелец может получать всевозможные государственные услуги, в том числе информационные на портале госуслуг. Второе направление – платежное. Изначальная идея создания развития платежного направления в рамках «Универсальной электронной картеы» такова: поскольку ряд государственных услуг требуюет оплаты, то почему бы на этой же карте рядом с идентификационным приложением не поместить еще и платежное приложение. Тем более, что в компании уже был опыт решения задач в платежной индустрии (компания была оператором платежной системы Сберкарта). По этой причине Так и была созданаи возникла система «ПРО100», в которую сегодня входят Сбербанк, «Уралсиб», АкБарс, Московский индустриальный банк, , Банк МосквыЦентр-Инвест и др. Когда мы говорим об УЭК в контексте НСПК, речь идет не об УЭК как идентификационной карте с платежным приложением, а о в общем случае об отдельной карте с платежным приложением б использовании платежной системы «ПРО100». Система «ПРО100» создана на современных принципах построения систем пластиковых карт и , которая является могла бы стать прообразом НСПК. На мой взгляд и, по моему мнению, «ПРО100» –является основнымой претендентом на роль то, чтобы стать базисаом для построения НСПК.
– Какие все-таки плюсы у ПРО100 в плане построения НСПК?
И. Г.: – Первый – наличие мощного масштабируемого, открытого и развиваемого решения для процессингового центра и команды специалистов, уже более трех лет его эксплуатирующей, т. е. способной обслуживать и развивать решения для процессинга, причем с очень высокой производительностью (порядка 500 транзакций в секунду). Второй плюс – наличие большое количествоквалифицированных разработчиков приложений для микропроцессорных карт, в том числе платежных. , пПоскольку идентификационное приложение по своей природе на порядок более сложное , чем любогое платежного приложения,е этот фактор является гарантией способности коллектива разрабатывать и потом сопровождать платежные приложения для карт ПРО100. И третье преимущество – крупнейшие банки, которые стоят за системой. Безусловно, это в первую очередь Сбербанк, на который приходится примерно 30% карт и терминалов на нашем рынке. Поэтому, я считаю, что УЭКэто является «точкаой кристаллизации» при создании НСПК.
– Давайте поговорим о моде. Например, модное сейчас слово – «импортозамещение». Можно ли сегодня заменить специальное ПО, используемое на различных этапах расчетов, отечественными разработками?
И. Г.: – Безусловно, можно. В платежных и программных решениях мы не отстаем от западного рынка. У нас как минимум несколько неплохих решений, которыми уже сегодня пользуется 85более 90% российского рынка. Гораздо хуже обстоят дела с «железом», с серверной техникой. Все импортное заместить «родным», конечно, невозможно, но ведь этого, собственно, и не нужно делать –, изолироваться от мира было бы неправильно.
– Вернемся к рынку мобильной связи, он ведь уже давно соприкасается с финансовым – мобильные операторы запускают собственные платежные инструменты, сами работают как псевдобанки. Насколько фантастичен сценарий реализации НСПК на базе мобильных телефонов и ИТ-инфраструктуры отечественных операторов?
И. Г.: – Думаю, что в ближайшие лет 15 это из области научной фантастики. Кроме того, следует отметить, что у мобильных операторов в их бизнес-практике отсутствует нет то, что называется «банковской культурой»ы. Многие из реализуемых сотовыми операторамитех схем, которые они сегодня реализуют, все еще нарушаютпротиворечат закон № 161-ФЗ. Правда, сотовые операторы ведут работу по адаптации ируются к требованиям закона – создают НКО, аффилированные банковские структуры, где ведутся клиентские счета, чтобы получить статус оператора по переводу денежных средств.
Банковский бизнес –- совершенно отдельный бизнес, не имеющий ничего общего с бизнесом сотовых операторов. Другое дело, что некоторые сотовые операторы могут участвовать в этом бизнесе в качестве собственников отдельных банковских структур. Однако при этом играть такие структуры все равно будут должны по правилам банковского рынка. Так или иначе, но использование расчетных счетов биллинговых систем операторов для банковских операций не допускается российским законодательством, поскольку сотовые операторы не являются операторами по переводу денежных средств. Вместе с тем телефон как инструмент для платежей, как мы уже говорили, перспективен. Заметен на рынке в этом качестве он будет лет через семь, а лет через десять, наверно, станет использоваться массово.

Поделиться:
Спецпроект

Напряженный трафик или Современные требования к инфраструктуре ЦОД

Подробнее
Спецпроект

Специальный проект "Групповой спутниковый канал для территориально-распределенной сети связи"

Подробнее

Подпишитесь
на нашу рассылку