Готовы. Хотя существует и другое мнение. И в определенной степени оно объяснимо: многие зарубежные вендоры десятилетиями формировали стандарты работы в промышленном проектировании и судостроении. Однако события последних лет показали, что технологическое лидерство невозможно рассматривать в отрыве от вопроса технологической независимости и управляемости жизненного цикла проектов.
Сегодня в сегменте САПР все еще очень много пиратского или «трофейного» софта, что сильно тормозит развитие и рынка в целом, и российских технологий в частности. Есть разные причины, почему так происходит. Одна из них – внутренний «саботаж» в организациях: многие проектировщики, давно пользующиеся западным ПО, часто не хотят отказываться от привычных им инструментов и переходить на другой софт. Здесь срабатывает внутренняя инерция. Кроме того, бытует мнение, что полноценной замены импортным тяжелым САПР, например, в таких отраслях, как судостроение, просто не существует.
Из-за этого некоторым компаниям приходится продолжать применять из-под полы уже не совсем лицензионное программное обеспечение. Но, продолжая использовать нелицензионные версии продуктов, они неизбежно принимают на себя риски, связанные с отсутствием технической поддержки, обновлений безопасности и контроля над критически значимой инженерно-технической информацией. Это серьезная угроза безопасности, не говоря уже о сомнительной легальности использования такого ПО. Однако сегодня сами иностранные вендоры, по сути, вынуждают их отказаться от устаревших и небезопасных программных продуктов.
Российские разработчики сейчас создают решения прежде всего исходя из запросов отечественной промышленности и требований конкретных заказчиков. Благодаря этому приоритеты развития продуктов все чаще определяются не столько глобальными рыночными трендами, сколько практическими задачами предприятий. В настоящее время отечественные ТИМ- и САПР-платформы уже используются рядом крупных промышленных и инфраструктурных компаний, включая предприятия атомной отрасли, транспортного строительства и промышленного проектирования. Ключевую роль здесь играет постоянная обратная связь между заказчиками и разработчиками, которая позволяет быстро адаптировать решения под реальные производственные задачи.
Все наши продукты развиваются в тесном взаимодействии с Индустриальными центрами компетенций (ИЦК), а также с участием Центра компетенций по развитию российского общесистемного и прикладного ПО (ЦКР). В них направление развития программных продуктов определяют крупные клиенты, входящие в ИЦК, а нам, как разработчикам ПО, необходимо в срок реализовывать потребности заказчиков. Такой подход позволяет формировать дорожную карту развития решений не «в теории», а исходя из реальных задач проектирования, строительства и эксплуатации сложных объектов.
Коллеги, работающие в ИЦК, отмечают комплексность нашей платформы для проектирования, которая покрывает не отдельные дисциплины, а полный спектр задач промышленного дизайна. Скажу больше. Происходящее сегодня на рынке отечественных ТИМ- и САПР-решений трудно назвать простым импортозамещением. На первом этапе действительно стояла задача закрыть потребность в базовом функционале и обеспечить технологическую независимость. Однако постепенно фокус сместился в сторону более глубоких изменений – перехода от отдельных инструментов проектирования к управлению инженерными данными на протяжении всего жизненного цикла объекта.
Данный процесс носит масштабный характер. То, что делаем мы и наши коллеги – это, в первую очередь, трансформация самого подхода к проектированию, реализации и эксплуатации. Речь идет о переходе от САПР как способа трехмерного представления объекта к ТИМ – структурированной среде данных о нем. В такой среде каждый элемент встроен в общий широкий контекст, который содержит технические характеристики, данные производителя, эксплуатационные параметры, требования к техническому обслуживанию, электрические нагрузки, сведения о поставках и стоимости и многое другое. При таком подходе ТИМ становится базовым слоем управления жизненным циклом объекта. Другими словами, информационная модель объекта становится ключевым цифровым активом предприятия.
Именно здесь находится главное ноу-хау, реальная инновация в работе не только инженера-проектировщика, но и управленца, инвестора, рабочего на производстве и эксперта государственных контролирующих органов. Так – через переход к новой модели управления жизненным циклом объектов в самых разных отраслях – мы с преодолеваем ограничения и ненужные интеграционные «костыли» и риски «зоопарка» узкоспециализированного зарубежного ПО.
Да, ведущие зарубежные компании тоже движутся в похожем направлении. Но здесь я бы отметил ряд принципиальных моментов, которые выгодно отличают лучшие российские ТИМ-разработки. Во-первых, как показала практика многих лет, скорость внедрения новых функций у крупнейших международных вендоров, мягко говоря, невелика: заказчики порой ждут нужных им «фич» годами, особенно если речь идет о страновой специфике. Мы же находимся в очень тесной связи с пользователями (в том числе, через упомянутый выше механизм ИЦК), а вся разработка сосредоточена здесь, в стране – мы движемся сейчас гораздо быстрее! Во-вторых, сегодня достигнута та степень зрелости продуктов, когда заказчик может получить цельное решение, не требующее дополнительных усилий на интеграцию, конвертацию форматов и пр. В-третьих, появилась возможность на новом уровне обеспечить четкое взаимодействие многих команд и специалистов в рамках проекта, ведь все работают в единой среде, а значит, случайные или несанкционированные изменения видны сразу. В-четвертых, переход от 3D-моделей как основы САПР к полноценному информационному моделированию формирует огромный задел для будущих инноваций, в том числе в области инженерного искусственного интеллекта. Такие базы – реальная «пища» для правильно построенных ИИ-цепочек, дающих надежный, предсказуемый и проверяемый результат. Добавлю к этому уже прекрасно работающие механизмы проверки ошибок и «коллизий» – в ТИМ это происходит автоматически, на основе все тех же проектных баз данных. И это, конечно, далеко не полный перечень.
Концептуально и на практике российские решения – сегодня это не просто замена одного ПО на другое, но существенный шаг вперед. Сделать его мешают, как было отмечено выше, косность, инерция и чрезмерная приверженность привычным подходам. И здесь я бы подчеркнул ключевую роль руководителей предприятий. Именно они, опираясь на экспертное мнение инженеров, должны стать источниками целеполагания в сфере технологических инноваций в проектировании и правильно организовать весь процесс внедрения. В
Мы регулярно проводим конференции, где докладчиками выступают сами проектные предприятия: они делятся лучшими практиками, методами преодоления трудностей, ставят нам новые задачи для развития. Это один из ключевых механизмов получения обратной связи. И сейчас видно совершенно четко: при взвешенном, технически грамотном подходе к миграции на российское ПО можно добиться не только сохранения всех полезных наработок и обеспечения непрерывной работоспособности предприятия, но и повысить качество и экономическую эффективность проектирования, производства и эксплуатации.
Если вернуться к вопросу о том, насколько российские компании готовы решать задачи на российском ПО, то приведу один пример — для кораблестроителей. В дни проведения конференции ЦИПР-2026 ПАО «Завод «Красное Сормово» (входит в АО «ОСК») посетила делегация во главе с заместителем Министра промышленности и торговли РФ Василием Шпаком, в состав которой вошли представители Министерства промышленности и торговли РФ, Министерства цифрового развития и массовых коммуникаций РФ, Министерства промышленности Нижегородской области. Высоким гостям была продемонстрирована уникальная по функциональности и масштабу цифровая платформа, не имеющая аналогов в российском судостроении. Впервые в отрасли реализуется не просто линейка разрозненных продуктов, а современная киберфизическая среда на основе технологии информационного моделирования, объединяющая тяжёлую судостроительную САПР, систему управления производством и мониторинга технологического оборудования и другие компоненты.
В связи с этим вопрос сегодня уже не сводится к тому, способны ли российские решения заменить зарубежные. Практика показывает, что в большинстве ключевых сценариев такая замена уже состоялась или находится в завершающей стадии.
Гораздо важнее другое: российский рынок получил возможность развивать собственную архитектуру цифрового проектирования и управления жизненным циклом объектов, не оглядываясь на ограничения внешних поставщиков. Именно здесь сегодня формируется основное конкурентное преимущество – не в копировании отдельных функций, а в создании целостных цифровых экосистем для промышленности, строительства и инфраструктурных проектов.
И чем быстрее предприятия перейдут от логики отдельных программных продуктов к логике управления инженерными данными, тем заметнее будет разрыв между новым поколением цифровых производств и организациями, продолжающими работать по инерции прошлых десятилетий.
